Меню Закрыть

Главный показатель успеха НКО – доверие целевой аудитории

Светлана Евгеньевна Котлярова

Котлярова Светлана Евгеньевна

Учредитель и руководитель АНО по внедрению адаптивных и инклюзивных программ для лиц с расстройством аутистического спектра «СИЯНИЕ ЧИСТОГО РАЗУМА»

Главный показатель успеха НКО – доверие целевой аудитории

Несмотря на то, что мир стремительно развивается, технологии совершенствуются, а медицина идет вперед семимильными шагами, проблема социальной интеграции детей с расстройством аутистического спектра продолжает оставаться острой и актуальной и по сей день. Хорошая новость заключается в том, что проблеме стало уделяться все больше и больше внимания. И огромная заслуга в этом принадлежит именно НКО.

Автономная некоммерческая организация по внедрению адаптивных и инклюзивных программ для лиц с расстройством аутистического спектра «Сияние чистого разума» из города Стерлитамак работает всего три года. Однако за такое небольшое время она достигла тех высот, которые позволяют ей делиться своим опытом даже с теми, кто работает по направлению РАС уже давно.

Наш сегодняшний гость – Светлана Евгеньевна Котлярова, руководитель АНО «Сияние чистого разума». Мы решили расспросить ее о проблемах, успехах и планах организации на будущее.

– Светлана Евгеньевна, здравствуйте! Многие НКО сталкиваются с нехваткой специалистов по работе с РАС. Кто-то не хочет идти работать в НКО из-за низких зарплат, кому-то интереснее заниматься частной практикой, да и в целом специалистов в этом направлении немного. Как вы решаете эти проблемы?

– Я считаю, что здесь нужен многосторонний подход. Проблемы с зарплатой специалистов мы стараемся решать благодаря проектам, которые подаем на грантовые конкурсы. Еще мы входим в реестр поставщиков социальных услуг, поэтому можем принимать сертификаты на реабилитацию, которые государство выдает детям с инвалидностью. В рамках этой программы мы можем спокойно брать людей на работу. Здесь, конечно, есть свои нюансы, например, иногда денег приходится ждать очень долго, но мы всегда знаем, что обязательно их получим. Все это является для нас хорошей подушкой безопасности.

Что же касается дефицита специалистов, то для его покрытия я стараюсь сотрудничать с молодым составом. Это ребята с горящими глазами, которые готовы работать, действовать и менять мир к лучшему, но пока еще не определились, в какую профессиональную сферу им идти. Я их ращу, мотивирую, обучаю. Перед ними открываются огромные возможности стать передовыми специалистами по РАС не только в своем регионе, но и в России. Кстати, когда мы только начинали работать, нас было только четверо. Сейчас в штате – 15 человек. И пока еще никто не разочаровался.

Кстати, мы обучаем не только своих сотрудников, но и специалистов из детских садов и школ. Как таковой лицензии на образовательную деятельность у нас нет, поэтому на регулярной основе мы проводим обучающие тренинги, где даем много теории и практических рекомендаций, разбираем на занятиях «живые» кейсы. Это очень полезно и ценно.

– Есть ли трудности в работе со специалистами из государственных учреждений?

– Ни для кого не секрет, что во многих садах и школах принято использовать протоколы, которые давно устарели. Поэтому многие специалисты воспринимают новые методики, например, ту же АВА-терапию, «в штыки». Когда мы только начинали работать, я звала людей на свои обучающие программы, но желающих было не так много, как хотелось бы. Тогда мы стали больше внимания уделять нашему авторитету, а главное – показывать какие результаты уже есть у нашей целевой аудитории. Ведь самый главный эксперт, который может объективно оценить нашу работу, – это родители детей с РАС. Только они могут искренне сказать, что хорошо, а что плохо, и насколько для них важно наконец-таки услышать звонкий голос их ранее невербального ребенка.  

Таким образом, благодаря сарафанному радио, люди начали тянуться к нам сами. Нас приглашают к себе детские сады и школы, чтобы мы познакомили их с новыми наработками или помогли открыть специализированные группы или классы.

– Расскажите, пожалуйста, немного о вашей инклюзивной творческой мастерской.

– За появление мастерской я благодарна своим молодым сотрудникам, которые полны энергии и новых идей. Раньше у нас работала только гончарная мастерская, где дети из целевой группы развивали моторику рук и сенсорные ощущения. А потом одна из наших молодых сотрудниц предложила сделать инклюзивную мастерскую по типу тех, что работают в Москве и Санкт-Петербурге. И мы решили развивать это направление. Теперь в нашей мастерской дети с аутизмом занимаются вместе с нормотипичными детьми. Это позволяет им чувствовать себя на равных. Для нормотипичных детей это и досуг, и развитие толерантности. Они выходят из мастерской и рассказывают, что есть их сверстники с аутизмом, что они совершенно не страшные, с ними можно весело проводить время, играть, смотреть мультфильмы.

– Как вы сотрудничаете с бизнесом?

– С бизнесом работать непросто. Должна быть огромная отдача с моей стороны как руководителя. Предприниматели не очень хорошо относятся к НКО, которые приходят к ним с протянутой рукой. Важно предложить бизнесмену тот проект, который бы ему понравился и который бы он искренне хотел поддержать.

Однажды мы пришли к одному предпринимателю, чтобы попросить у него денег на ремонт крыши. Этой идеей он не особо вдохновился. Тогда мы рассказали ему о наших программах, о специалистах, которые работают с детьми, каких результатов нам удалось достичь, о том, что средств на выплату заработной платы нам хватает не всегда. И тут человек откликнулся, решил поддержать нашу организацию. А потом к поддержке проектов присоединились и другие компании.

– А как вы оцениваете, успешна ваша работа или нет?

– Самым главным показателем нашего успеха я считаю доверие родителей. Сейчас у нас очень большое количество благополучателей. А еще показательно то, что дети на наших занятиях не плачут. Ну и конечно, успех моего сына. Так я понимаю, что мы все делаем правильно. У нас много разных проектов и программ. Это и основное – работа по протоколам ABA, и работа коммуникативных групп, занятия по песочной и арт-терапии и многое другое. И планов, конечно, много. В ближайшем будущем хочу обучить своих сотрудников нейропсихологии и сенсорной интеграции. А чуть дальше – открыть дом сопровождаемого проживания.

– Есть ли эмоциональное выгорание и как получается с этим справиться?

– Конечно, есть, учитывая, что я не только руководитель НКО, но и мама ребенка с аутизмом. Но я периодически отдыхаю от работы и быта, езжу по другим городам. Работа в НКО как раз позволяет это сделать, потому что много командировок и обучающих проектов. Стараюсь расслабиться, замедлиться, больше фокусироваться на себе.

– Ваша картина идеального будущего, какая она?

– Я мечтаю, чтобы все дети были здоровы! Но это невозможно. Поэтому самым лучшим было бы все-таки выстроить маршрут следования для родителей при постановке у ребенка диагноза, чтобы родители понимали, куда им идти и что делать. Многие до сих пор не знают о научно доказанных методах, теряют драгоценное время и деньги. Было бы замечательно, если бы государство выделяло каждому ребенку с аутизмом определенное количество часов разных занятий, чтобы за каждым ребенком было закреплено место сначала в саду, а потом и в школе с тьютором, так они легче адаптируются к обществу.

А своим коллегам я хотела бы пожелать не сдаваться, не вешать нос, искать поддержку в семье или у друзей, идти вперед и верить только в хорошее!

– Большое спасибо!


Дата публикации: 19.01.2024 Количество просмотров: 126

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

семь − один =